Прогулка в Кавершеме 30 декабря.

Прогулялся по своему обычному маршруту - до леса (так называемого), потом по лестнице вниз. На лестнице сфотографировал сам себя. Потом вкруговую домой. Так мы и с мамочкой гуляли когда-то. Та же лестница была.

Рединг. Еще один денек убегающего года.

Тихий день в доме Жени. Он на работе. Выход на прогулку - в лесок, потом вниз и сразу домой. Неохота гулять. Сам себя сфотографировал.

На самом деле мне ничего не нужно.

Утро в Рединге.

Люблю встать рано, когда Женя еще спит, заварить себе крепкий чай, налить полчашки, встать на свое место у двери на веранду, пить чай, а потом закурить сигарету. В тишине. Сегодня было якрое, солепительное солнце. Сад. А днем вышел на пргулку. Через холм по улице вниз до центра Кавершема. Там сделал несколько фото. Исхоженные нами всеми места.

Пришел сюда, чтобы бросить в почтовый ящик письмо Алику Усенко. Соединение времен: Алик в 1953 г. во дворе у тети Гали, и я сейчас в Рединге.

Всё чушь собачья.

Внезапно нашедшее безумие. Сидеть надо тихо дома, на диванчике, в шароварчиках и не рыпаться.

Познакомили с Тагиром.

Познакомили с Тагиром Балалиевым. Лезгин.
Родился 19 августа 1974 г. в Азербайджане. Обещал приехать завтра.

Мурсалимов, 5 лет.

А я и забыл совсем, что сегодня 5 лет, как не стало Юры Мурсалимова. Другие напомнили. Вчера был на кладбище и не вспомнил, не зашел к нему. Вот так-то...

Мы все, учившиеся вместе в школе, теперь стали как родственники. С Юрой - 10 лет вместе.

Фото 1961 г.

Одинокая суббота.

По своему маршруту - после кладбища в сад, в Будку. Повесил в окна Риточкины портреты. Пусть висят. Она так любила сад и Будку. Всё это мои инсталляции...

А окно-то чердачное, из нашего дома. Жили и не замечали его. А теперь оно тут. Как это странно!

И сам себя сфотографировал. Знакомые обои из пушкинского дома, его, дома, изображение, Женина полка, мамочкин снимок 1996 года, я в Жениной куртке 1983 года, ноябрьское солнце.

Когда-то - ненавистный "праздник".

Мама всегда говорила, что только большевики могли в такое время года и в такую погоду совершить переворот. Но и это всё в прошлом. Уже почти не вспоминают. Сегодня же - холодный ноябрьский денёк, в Пушкине были лужи и пруды покрыты тоненьким льдом. Изморозь. Солнце из-за деревьев парка.

Еще более противно!

Избрали Обаму. Весь день шумиха. Новый этап. У "них" всё получается. Шаг за шагом. Даже трудно представить, что теперь будет.

Умерла Има Сумак.

Умерла Има Сумак. Что-то далекое, из середины 50-х.

Противно!

Судя по всему, следующим президентом США станет Обама.

В гости в Пушкин к Бобу и Наташе.

В ожидании электрички на платформе в Пушкине. 9 вечера. Непривычно мне возвращаться так поздно и в темноте. Всё чужое и все чужие. А ведь платформа эта - с раннего детства.

Скорее бы оказаться дома!

Мой маршрут выходного дня.

На кладбище и в сад - вот мой маршрут. В саду полнейшее запустение. Сухая трава, репейники. Утащили столик, который стоял у входа в Будку. Кажется, он еще из пушкинского дома. Кому он понадобился? Противно. Собрал последние яблоки и увез их. Будка и тень моя.

Постригся в парикмахерской на Привокзальной площади. Эта парикмахерская существует с 1952 г., и в детстве меня туда водили. И вот как я выгляжу.

Октябрь прошел.

Я всегда любил октябрь. В Пушкине перед домом долго цвели флоксы. Ходили в парк гулять. Потом я один по паркам бегал. В конце октября вторые рамы вставляли. Сидели там дома... в уюте... все вместе.



А сегодня дождь, мгла. Люди противные. Уроды.

Мама в Требуженах.

Рита в Требуженах, 1975 г.
Если я в следующем году поеду в Кишинев, то непременно съезжу в Требужены, туда, куда мама и тетя ездили в течение почти 20 лет.

По своему маршруту в темный осенний день.

Пришел в сад - там поздняя осень. Но Риточка ездила туда даже в ноябре. В Будке сырость и хлам. Забрал домой маленькую скамеечку. Пособирал валяющиеся яблоки. Просто потому что надо. Вот так - наши яблоки из нашего сада.

До этого - на кладбище.

Умер Муслим Магомаев.

Никогда не был поклонником Муслима Магомаева. Наоборот, не любил его. Когда появились Битлз, мы дружно не любили его все вместе. Сегодня сообщили, что он умер в возрасте 66 лет. Как будто что-то знакомое и малозамечаемое, всю жизнь бывшее, вдруг исчезло. Он был тогда, когда мы были очень молодыми.

Семь лет назад.

Нашлось фото, сделанное 18 октября 2001 г. на работе. Вероятно, отмечали день рождения Марины. Этот год был относительно благополучным. Мама была еще ничего... А сегодня суббота, за окном дождь и мрак. Весь день сижу один дома. Даже на кладбище не удалось съездить.

Октябрь, дождь беспрерывно.

Вид из нашего окна,
поздняя осень.
А как мы все жили в Пушкине, в нашем деревянном доме, когда была осень? Нет, вставляли вторые рамы и заклеивали окна во второй половине октября, в 20-х числах, а иногда и позже. Но уже начинали протапливать. Тепло в доме долго держалось. А еще был запах хранившихся яблок.

И.А.Капитанаки - 84.

Ирине Александровне исполнилось 84, она в больнице, и говорят, что вряд ли сможет еще работать.

Сегодня мрачный осенний день, льет дождь.

Она умерла 5 декабря 2013 года.

Умерла Вия Артмане.

Я вчера сидел на кухне и подумал: а что там с Вией Артмане, сколько же ей лет? Вероятно, в какой-то день появится сообщение, что она умерла. А сегодня эта новость с утра. Почему-то это подействовало на меня. Может, оттого, что Рита когда-то давно написала: "Вия Артмане - это я".

Была 1929 г. рождения, несколько инсультов.

Big-Bang

Опять наткнулся на описания происхождения Вселенной и Большого взрыва из "космологической сингулярной точки". Вычислен возраст Вселенной: "Дело в том что старт всем процессам во всех частях Вселенной был, по современным представлениям, дан одновременно – в момент Большого взрыва около 13,73 миллиардов лет назад, после которого наш мир до сих пор продолжает расширяться". Всё это за пределами понимания. Но скорее всего это так. А я и наши родные-близкие - где мы во всём этом?

День 7 октября.

Вид с балкона, луна, там, над Кузьминкой.

После работы шел пешком через парк. Чудный день в октябре - солнце, золотая осень, синее небо и простор Большого Пруда.

Когда-то в этот день с мамой поехали первый раз в Севастополь: "Сейчас собираю вещи, в 21-40 уезжаем поездом с Ритой в Севастополь". Было хорошо, а - не ценил.

Побывал в нашем саду.

Был прекрасный осенний день. Побывал в нашем саду, посмотрел на грустное запустение. Еще и яблоки висят, сливы. Зашел в будку, посидел там. Пол сгнил, крыша протекает. Запах плесени. Обычно в такие погожие дни в октябре в саду копали. Теперь - всё в прошлом.

Осень в наших родных местах.

Как странно, что эти места вообще существуют, что можно сесть в электричку и быстро там оказаться. Московское шоссе, дорожка наша. Она уже превратилась в узкую тропинку. Сколько здесь мы все ходили! И наших родных и близких людей, и всяких знакомых тоже!

Вот эта липа старая, дерево №1, как я ее называю, по-прежнему стоит, хотя внутри она почти совсем полая, на коре держится. Еще есть мощные старые дубы. Желуди падают. Запустение. Всё заросло. С 1984 года нас там нет.