Больница № 26 на ул. Костюшко

Больница – это вообще ничего хорошего. Это означает, что здоровье не в порядке, что болезни подступили, и что надо от них как-то избавляться. Больница, в которую меня направили, большая, прямо как аэропорт. Средней благоустроенности, с «евроремонтом». Чистая, в коридорах цветы расставлены, дорожки расстелены. Но в некоторых отделениях мне было видно, что больные лежат в коридорах, и много таких.

На моем отделении было не так людно, и в коридоре не лежали. В палате шесть коек. Много ведь? Или нет? Дело в том, что почти все больные теперь имеют гаджеты, они ими заняты, и большую часть времени в палате царит гробовая тишина.

А какие больные в больнице? Больше пожилых, больше простых людей, без образования. Внешне некрасивые, много с большими животами. Мне было иной раз трудно представить, что у них есть  жены. А приходили, навещали. На каждого, даже неприглядного, женщина найдется.

Если они отрываются от своих гаджетов и затевают разговор, то ничего интересного он не представляет. В голове полный винегрет. Заметил, что испытывают антипатию к другим национальностям – к украинцам и кавказцам. Не особо выражено это, но проскальзывает. Власть и порядки в России ругают, но Путина не упоминают.

Мой врач-хирург Заза Георгиевич Долаберидзе

А другие национальности представлены врачами и хирургами. Это новенькое в России. Теперь врачи у нас кавказцы и азиаты. Так стало во многих больницах и в поликлиниках. Русские не идут в медицину, а те – идут. У меня лечащий врач был грузин (грузин много), анестезиолог – татарин.

Некоторые лежачие, не встают. Другие их обслуживают – подают еду, вызывают медсестру, если надо. Кто-то стонет. Зовут опять сестру, чтобы вколола обезболивающее. А ночью дежурная сестра спит, и вот ее ищут, во все двери стучат, чтобы найти и привести в палату и чтобы она сделала укол.

Ну, есть и платные больные, есть пара платных палат «люкс». Но это отдельная история. А вот кое-какие вещи надо покупать самим больным, которые лечатся бесплатно. Одному больному во время операции поставили катетер, и он должен был заплатить 5 тысяч рублей. Долго звонил и искал кого-нибудь, кто мог бы одолжить ему эту  сумму. Вообще у людей денег нет, это четко отмечается. Они не могут оплачивать платные услуги, даже самые дешевые.

  

Если предстоит операция, то врач за день о ней сообщает. И человек уже внутренне готовится к ней, тревожится. Общий наркоз – как это? Он волнует больше всего. Наконец в палату входит медсестра, называет фамилию и вызывает на операцию. В операционную не идут, а везут на каталке. Анестезиолог суетится, что-то прикрепляет к телу, монитор подключает, еще что-то делает, что постепенно исчезает из сознания, потом вдруг чувствуешь, что тебя будят, тот же анестезиолог говорит – просыпайтесь. - Что, всё? Всё сделали?  - Да, конечно. Всё сделали. А прошел целый час, оказывается.