30 апреля - 1 мая. Появление на свет

Мама познакомилась с моим будущим отцом в день победы, в реальный день победы – 9 мая 1945 года. Мама с бабушкой вернулись в Житомир из Казахстана, они жили в нашем деревянном доме 35 на Гоголевской ул. Как писала мама в своем дневнике, «мы не могли пройти мимо друг друга». Это означает, что она считала себя красивой, он тоже был красавчиком, и они обязательно должны были пересечься. Валентин вернулся с фронта, был ранен, долго лечился. Мамина подруга Лида была сестрой Валентина. Вот они и встретились все вместе на житомирском Старом бульваре, месте прогулок молодежи, с Валентином, Лидой и еще кем-то. Маме было 19, а ему 23…

У молодых людей тогда не было своего жилья. Они совершали длительные прогулки, в общем, природа была их домом и местом. Где-то около Житомира, за рекой Тетерев, там есть старинное польское кладбище... Там часто гуляли...

30 апреля 1946-го мама вышла во двор развешивать белье, и тут у нее начались схватки. Бабушка остановила грузовик и попросила довести их до житомирского роддома. Втроем в кабине ехали. Житомир, Гоголевская ул. 35:

Ну, а 1-го мая 1946 года я появился на свет. Уже потом, лет 30 спустя, выяснилось, что у отца были одновременно связи с другими женщинами, и есть девочка почти моего возраста. Еще кто-то есть. Есть сводная сестра, родившаяся уже в 50-х.

 

Это в ранней молодости все одинаковые, нет различий. Но потом быстро выяснилось, что Валентин маме не ровня. Если быть кратким, то можно объяснить так: моей маме надо было учиться, надо было вырваться из житомирской провинции, Валентин же видел свое будущее в Житомире и к учебе особенно не стремился. Окончил бухгалтерские курсы, работал на мебельном комбинате. Он рано умер (1922-1975)

Житомирский роддом, где я появился на свет.

Из дневника мамы: «Был и в последнее время с очень красивым лицом, с очень грустными глазами»…

А мы остались с мамой:

Я с мамой, Пушкин, у Колонички, 1949 г.

Было одно, другое, третье, разное, вся долгая жизнь, считай, прошла, уже почти никого из тех далеких времен не осталось в живых, уже мне многое (или всё?) надоело, люди надоели, то, что в мире творится, отвращает. Только прекрасны воспоминания о детстве, подростковом возрасте, светлой юности, о моих местах жизни, которым я поклоняюсь.

Зоя родилась в этот день в 1916-м году

Зоя Васильевна Янушевич, наша Зоечка, родилась 104 года назад, в другую эпоху, в 1916 году, при царе Николае II, в этот день в селе Новая Гребля на Полтавщине (но семья и дом были в Свиридовке). Потому и любила так те свои родные места и хотела бы там обрести последнее упокоение. Нет, не суждено было. Ни страны, ни погоста... Вот если б построить в её память в Свиридовке  кенотаф... или отметку хотя бы какую-нибудь установить типа геодезической... Нет, невозможно. А еще много возразительных голосов было бы, что, мол, ни к чему это, что "всё равно мы все умрем".

А в Англии, в Рединге, тоже уже неожиданно новое место, не то, где Зоя жила последние годы; то, прежнее, отодвинулось в прошлое.

Сегодня около букета цветов поставили портрет Зои:

Зоя Васильевна Янушевич (18 апреля 1916 года, село Новая Гребля, Украина — 19 сентября 2005 года, город Рединг, Великобритания) — советский ботаник, доктор биологических наук, один из пионеров советской палеоэтноботаники.

Также:

День рождения нашей дорогой Зоечки (2011)

16 января - мамин день

Мамы уже тринадцатый год нет, а дни рождения её проходят. Сегодня ей было бы 94 года. Как она волновалась всегда перед этим днём! Намёк на то, что время проходит, - это она осознавала. И жалко её и всей нашей жизни, если окинуть взглядом.

 Вот в Пушкине, на дорожке к нашему дому, декабрь 1978 года. Далёкое время…

Они всегда вспоминали эти июньские дни 1941 года

Бабушка со своей младшей дочерью – ей было 15 лет – приехала в гости в Ленинград к старшей дочери, Зое. Она жила в Ленинграде в общежитии аспирантов ВИРа на Саперном пер. 7. Младшая дочь – это моя мама – Рита.

Они приехали в Ленинград из Житомира 21 июня 1941 года. Поезд почему-то прибыл на Варшавский вокзал, и они отправились в общежитие Зои. Вечером же все вместе вышли на прогулку по Невскому проспекту. В те времена Ленинград для них был словно Нью-Йорк, что-то за гранью воображаемого. До войны в городе сохранялись остатки прежней роскоши, еще многое выглядело как в царские времена, было много шикарного, люди были из того, прошлого времени. 

 Ленинград, Невский проспект до войны

 На маму сильное впечатление произвели цельные окна в старых домах Петербурга. Почему-то она связывала с ними большие надежды, ей казалось, что её счастье состоится именно за такими окнами. И потом она мне часто показывала на такие окна. Что-то она писала потом в своем дневнике, что из-за войны всё рухнуло, мужчин почти не осталось, и "не сбылись ее мечты о цельных окнах"… И я по привычке тоже до сих пор отмечаю эти окна. Они остались. 

Ленинград, Кирочная, 24. Дом с "цельными окнами". По Кирочной они часто ходили в блокаду. Это было рядом с их общежитием.

На следующий день они собрались поехать в Петергоф. Но с утра сообщили, что днем будет передаваться важное правительственное сообщение. Началась война. Расстроились, никуда не поехали. Всё моментально изменилось – обстановка, лица людей. Они долго не могли решить, что им делать – оставаться в Ленинграде или вернуться в Житомир. Остались в Ленинграде. Выехали в Пушкин, жили там до начала блокады в служебных домиках на территории ВИРа (в двух шагах от нашего будущего дома, где я потом прожил 38 лет).

Из дневника мамы, Маргариты Васильевны Янушевич:  

"22 июня 1993. Роковой день, памятный день. День конца жизни. Не выразить. По дороге в Ленинград было много молодых мужественных мужчин. Военных. Обращали внимание, ухаживали. Говорили хорошие, интересные слова. Потом, после 22-го, всё резко сломалось. Опустело. Больше такого не стало. Ощущение 22-го, что – конец, не выбраться из несчастья. Как я плакала, когда вышел [из поезда] где-то в Витебске Владимир! Всё это похоронено во мне. Что с ним? Ехал домой, к маме. (…)

Бедные мы! Такой дорогой ценой заплатили за дальнейшую жизнь при советском фашизме. Сохранили сталинизм. Так победа ли? Помню чувство конца своей личной жизни в этот день. Обвал. Черные предсказания внутри оправдались. Потом больше никогда не встречала, не наблюдала столько красивых, настоящих мужчин. Выкосил 1937-1941 г." 

Больница № 26 на ул. Костюшко

Больница – это вообще ничего хорошего. Это означает, что здоровье не в порядке, что болезни подступили, и что надо от них как-то избавляться. Больница, в которую меня направили, большая, прямо как аэропорт. Средней благоустроенности, с «евроремонтом». Чистая, в коридорах цветы расставлены, дорожки расстелены. Но в некоторых отделениях мне было видно, что больные лежат в коридорах, и много таких.

На моем отделении было не так людно, и в коридоре не лежали. В палате шесть коек. Много ведь? Или нет? Дело в том, что почти все больные теперь имеют гаджеты, они ими заняты, и большую часть времени в палате царит гробовая тишина.

Никольский собор

Период в моей жизни. Когда-то я туда часто ездил. Что я там делал? Просто стоял? Не помню. Но считал необходимым время от времени посещать этот собор. Туда ходил трамвай №11 от Витебского вокзала. Это были 1963-1965 г.г. Или еще дольше? Какой-то несчастный я был тогда.

Химич Юрий Иванович (1928-2003) "Тени на Никольском" (1957)

Дорогая моя фигурка

Статуэтка была у нас, наверное, с года 1956-го. Не знаю, откуда она у нас взялась. Маленький мальчик в зимнем пальтишке. Мама часто говорила: это ты. Т.е. это была как бы моя статуэтка, меня маленького, стоявшая на разных квартирах почти шестьдесят лет. И была у меня мысль, чтобы мне положили ее в могилу, когда умру. Хотел распорядиться так. Еще недавно, в конце прошлого года, я брал в руки эту фигурку - она стояла на серванте на кухне, вытирал с нее пыль. И не переставал удивляться, что так долго она существует.

И вот надо же было такому случиться, что именно этой фигурки - не стало. Позавчера вечером я это обнаружил. Стал отчаянно искать везде. Нет, нет нигде. Меллада ничего не помнит, дети ничего не могут сказать. Наконец, пришел с работы Тагир - у него спрашиваю. "Да, так получилась, упала, разбилась на мелкие кусочки, я хотел склеить, но это было невозможно".

Вот и выяснилось. Что ж, я решил не показывать своего огорчения. Люди теряют гораздо большее, всё теряют, и вообще страшные вещи происходят. Так что придется мне смириться с исчезновением этой маленькой дорогой безделушки. Всё материальное разрушается, исчезает.

16 января - день рождения мамы

Её нет, а дни рождения проходят. Так и с нами будет. Мама, Маргарита Васильевна Янушевич:

Крым, Севастополь, Херсонес, 1978 г. Октябрь. А здесь радость еще, еще будущее есть, долгое.

Умер Петя

Точно неизвестно, в какой день умер Пётр Васильевич Бураков, Петя. Его обнаружили мёртвым 8 ноября в его квартире на Ропшинской ул. 25, кв. 18. Родился он 28 июля 1957 года в деревне Пустомержа Кингисепского района Ленинградской обл. У него есть старший брат и сестра, племянники. Мать еще жива. Умер он от пьянки. Пил давно и много.

Когда-то мы очень дружили и провели много времени вместе. Он дважды приезжал ко мне в Париж. И вообще в какой-то период ближе него у меня никого не было. А в последнее время мы уже не общались, вероятно, из-за того, что он сильно выпивал. Новость о его кончине меня удручила, вызвала разные грустные чувства.

Было прощание с ним – 15 ноября. Родственники, люди с его работы. Рыдал его племянник Сергей. Отвезли отпевать в церковь в Волосовском районе, а потом хоронить в Пустомерже (недалеко оттуда). Туда, где он и родился.

Петя, 12 января 2008 г.:

Не спал ночь от страхов. Зачем? Пусть.

 

 

 

 

 

 

Петр Бураков. Могила. Деревня Ястребино, недалеко от Кингисеппа в Ленинградской области.

Картинка из детства

Такой был в Кишиневе ручей, где мы проводили долгое время, ходили по нему в разных направления, что-то искали. Он был в старом Ботсаду, сейчас там дендрарий. Удивительно, что ручей этот до сих пор есть. Но его не узнать. Первый раз мы появились там в 1955 году. Мне было 12 лет, и летом мы жили на Боюканах. А Женя тогда пошел в первый класс. С нами была еще Таня Арасимович. Чудное время, чудное место. А картинка Frits Thaulow.

Я в Греции

 
Вот я в Греции, в Афинах, 28 апреля 2018 года. Сижу в кафе. Женя меня сфотографировал. Вот так я выгляжу в 72 года. Дожил, как говорится. Дожил, а смысла нет ни в чем никакого, вот в чем проблема.

А когда-то гуляли с Володей Зарубайло в нашем дворе и изучали окрестности.

Незамеченное

 
Господи, какая прелесть этот балкончик дома 29 на Московском шоссе Пушкина! "Дом Амброжевича". Мимо него проходил почти четыре десятка лет. А - не видел этой особой красоты. Теперь же и дома этого нет, он, кажется, совсем сгорел и развалился. Нет его.